рассказ · 1895 · 2 главы
Рассказ целиком, 2 главы: Молодая Аня (18 лет) венчается с чиновником Модестом Алексеичем (52 года) и после свадьбы едет с ним на богомолье в монастырь вместо праздничного застолья; на вокзале её провожают пьяный отец Пётр Леонтьич (учитель чистописания) и братья-гимназисты Петя и Андрюша. В браке Аня страдает от скупости и чопорности мужа, боится его начальника-«его сиятельства», но на балу в Дворянском собрании имеет шумный успех, знакомится с богатым помещиком Артыновым и обретает уверенность в своей красоте. Дальше она всё больше времени проводит в свете — катается на тройках, ездит с Артыновым на охоту, участвует в спектаклях, — а Модест Алексеич получает орден Анны за её счёт и продвигается по службе. Тем временем отец и братья Ани беднеют и запивают горе, а она, разъезжая по гуляньям, уже не узнаёт их на улице; рассказ заканчивается сценой, где отец пытается окликнуть проезжающую мимо дочь, а сыновья удерживают его: «Не надо, папочка… Будет, папочка…» Оригинал без сокращений; слой подсказок к устаревшим словам добавим отдельно.
После венчания не было даже легкой закуски; молодые выпили по бокалу, переоделись и поехали на вокзал. Вместо веселого свадебного бала и ужина, вместо музыки и танцев — поездка на богомолье за двести верст. Многие одобрили это, говоря, что Модест Алексеич уже в чинах и не молод, и шумная свадьба могла бы, пожалуй, показаться не совсем приличной; да и скучно слушать музыку, когда чиновник 52 лет женится на девушке, которой едва минуло 18. Говорили также, что эту поездку в монастырь Модест Алексеич, как человек с правилами, затеял, собственно, для того, чтобы дать понять своей молодой жене, что и в браке он отдаёт первое место религии и нравственности.
Молодых провожали. Толпа сослуживцев и родных стояла с бокалами и ждала, когда пойдёт поезд, чтобы крикнуть ура, и Петр Леонтьич, отец, в цилиндре, в учительском фраке, уже пьяный и уже очень бледный, всё тянулся к окну со своим бокалом и говорил умоляюще:
— Анюта! Аня! Аня, на одно слово!
Аня наклонялась к нему из окна, и он шептал ей что-то, обдавая её запахом винного перегара, дул в ухо — ничего нельзя было понять — и крестил ей лицо, грудь, руки; при этом дыхание у него дрожало и на глазах блестели слёзы.
Это начало первой главы. Книга открыта целиком, бесплатно и без входа в аккаунт.