мемуары · 1921 · 165 глав
Текст целиком, 18 частей: Владимир Короленко ведёт рассказ от первого лица: раннее детство в Житомире, гимназические годы, время польского восстания, студенчество в Петербурге и Петровской академии, откуда его исключают за участие в студенческих волнениях. За связи с революционными кружками его высылают в вятскую глушь, затем через пермскую и иркутскую тюрьмы — в Якутскую область; он рассказывает о встречах со ссыльными народниками, чиновниками и крестьянами тех мест. Повествование обрывается на возвращении из сибирской ссылки в Нижний Новгород, новом аресте по ошибочному подозрению и начале его литературной карьеры — книгу автор не успел закончить. Оригинал без сокращений; слой подсказок готов.
В этой книге я пытаюсь вызвать в памяти и оживить ряд картин прошлого полустолетия, как они отражались в душе сначала ребенка, потом юноши, потом взрослого человека. Раннее детство и первые годы моей юности совпали с временем освобождения. Середина жизни протекла в период темной, сначала правительственной, а потом и общественной реакции и среди первых движений борьбы. Теперь я вижу многое из того, о чем мечтало и за что боролось моё поколение, врывающимся на арену жизни тревожно и бурно. Думаю, что многие эпизоды из времен моих ссыльных скитаний, события, встречи, мысли и чувства людей того времени и той среды не потеряли и теперь интереса самой живой действительности. Мне хочется думать, что они сохранят ещё своё значение и для будущего. Наша жизнь колеблется и вздрагивает от острых столкновений новых начал с отжившими, и я надеюсь хоть отчасти осветить некоторые элементы этой борьбы.
Но ранее мне хотелось привлечь внимание читателей к первым движениям зарождающегося и растущего сознания. Я понимал, что мне будет трудно сосредоточиться на этих далеких воспоминаниях под грохот настоящего, в котором слышатся раскаты надвигающейся грозы, но я не представлял себе, до какой степени это будет трудно.
Я пишу не историю моего времени, а только историю одной жизни в это время, и мне хочется, чтобы читатель ознакомился предварительно с той призмой, в которой оно отражалось... А это возможно лишь в последовательном рассказе. Детство и юность составляют содержание этой первой части.
Ещё одно замечание. Эти записки не биография, потому что я не особенно заботился о полноте биографических сведений; не исповедь, потому что я не верю ни в возможность, ни в полезность публичной исповеди; не портрет, потому что трудно рисовать собственный портрет с ручательством за сходство. Всякое отражение отличается от действительности уже тем, что оно отражение; отражение заведомо неполное — тем более. Оно всегда, если можно так выразиться, гуще отражает избранные мотивы, а потому часто, при всей правдивости, привлекательнее, интереснее и, пожалуй, чище действительности.
В своей работе я стремился к возможно полной исторической правде, часто жертвуя ей красивыми или яркими чертами правды художественной. Здесь не будет ничего, что мне не встречалось в действительности, чего я не испытал, не чувствовал, не видел. И все же повторяю: я не пытаюсь дать собственный портрет. Здесь читатель найдёт только черты из «истории моего современника», человека, известного мне ближе всех остальных людей моего времени...*
Первая глава закончилась, книга продолжается: впереди ещё 164 главы. Все главы открыты бесплатно и без входа в аккаунт.