сказ · 1939
Рассказ П. П. Бажова о работных людях уральского завода в годы барского гнёта и назревающего бунта (упоминается «Омельян Иванович» — восстание). Смелая девушка-подросток по прозвищу «птаха Дуняха» вызывается тайно пробраться в соседний завод на разведку и на обратном пути, спасаясь от волков в ночном лесу, идёт на загадочные синие огни — «кошачьи уши», след земляной кошки, — которые выводят её домой. Разведанные вести приводят к стычке с обходчиками и восстанию заводского народа: стражу и приказчика прогоняют, узников освобождают. В конце Дуняха с парнем Матвеем уходят вожаками в леса, а сама Дуняха, по рассказам, ещё долго появлялась то тут, то там на резвом коньке, наказывая плёткой жестоких начальников. Оригинал без сокращений; слой подсказок к устаревшим словам добавим отдельно.
В те годы Верхнего да Ильинского заводов в помине не было. Только наша Полевая да Сысерть. Ну, в Северной тоже железком побрякивали. Так, самую малость. Сысерть-то светлее всех жила. Она, вишь, на дороге пришлась в казачью сторону. Народ туда-сюда проходил да проезжал. Сами на пристань под Ревду с железом ездили. Мало ли в дороге с кем встретишься, чего наслушаешься. И деревень кругом много.
У нас в Полевой против сысертского-то житья вовсе глухо было. Железа в ту пору мало делали, больше медь плавили. А её караваном к пристани-то возили. Не так вольготно было народу в дороге с тем, с другим поговорить, спросить. Под караулом-то попробуй! И деревень в нашей стороне — один Косой Брод. Кругом лес да горы, да болота. Прямо сказать, — в яме наши старики сидели, ничего не видели. Барину, понятное дело, того и надо.
Спокойно тут, а в Сысерти поглядывать приходилось.
Туда он и перебрался. Сысерть главный у него завод стал. Нашим старикам только стражи прибавил да настрого наказал прислужникам:
— Глядите, чтобы народ со стороны не шлялся, и своих покрепче держите.
А какой тут пришлый народ, коли вовсе на усторонье наш завод стоит.
Это начало первой главы. Книга открыта целиком, бесплатно и без входа в аккаунт.