письмо · 1847
Текст целиком: Ответ Белинского на письмо Гоголя: критик объясняет, что его статью продиктовала не обида за нелестный отзыв о почитателях, а сама последняя книга Гоголя. Он говорит, что любил Гоголя как одного из вождей страны на пути сознания и прогресса, и потому не может простить проповеди, опирающейся на кнут и церковь. Россия, по Белинскому, ждёт не проповедей и молитв, а пробуждения чувства человеческого достоинства, уничтожения крепостного права, отмены телесных наказаний и исполнения хотя бы тех законов, которые уже есть. Он спорит с гимном духовенству и с утверждением, что русский народ самый религиозный в мире, называет византийской мыслью утверждение о вреде грамоты для простого народа и разбирает слух, будто книга писалась ради места наставника. Дальше речь о русской публике, которая видит в писателях своих защитников и прощает плохую книгу, но не зловредную, о падении народной любви к Пушкину после верноподданнических стихов и о доносе Вяземского на почитателей Гоголя. В конце Белинский признаётся, что написать это письмо смог только за границей, куда его прогнала начинающаяся чахотка, и требует от Гоголя отречься от последней книги и искупить её новыми творениями. Письмо помечено Зальцбрунном, 15 июля 1847 года. Оригинал без сокращений; слой подсказок к устаревшим словам добавим отдельно.
Вы только отчасти правы, увидав в моей статье рассерженного человека: этот эпитет слишком слаб и нежен для выражения того состояния, в какое привело меня чтение Вашей книги. Но Вы вовсе не правы, приписавши это Вашим, действительно не совсем лестным отзывам о почитателях Вашего таланта. Нет, тут была причина более важная. Оскорблённое чувство самолюбия ещё можно перенести, и у меня достало бы ума промолчать об этом предмете, если б всё дело заключалось только в нём; но нельзя перенести оскорблённого чувства истины, человеческого достоинства; нельзя умолчать, когда под покровом религии и защитою кнута проповедуют ложь и безнравственность как истину и добродетель.
Да, я любил Вас со всею страстью, с какою человек, кровно связанный со своею страною, может любить её надежду, честь, славу, одного из великих вождей её на пути сознания, развития, прогресса. И Вы имели основательную причину хоть на минуту выйти из спокойного состояния духа, потерявши право на такую любовь. Говорю это не потому, чтобы я считал любовь мою наградою великого таланта, а потому, что, в этом отношении, представляю не одно, а множество лиц, из которых ни Вы, ни я не видали самого большего числа и которые, в свою очередь, тоже никогда не видали Вас.
Это начало первой главы. Книга открыта целиком, бесплатно и без входа в аккаунт.