рассказ · 1855 · 16 глав
Рассказ целиком, 16 глав: Действие происходит в осаждённом Севастополе в течение нескольких дней. Штабс-капитан Михайлов, стесняясь своего невысокого положения, пытается сблизиться на бульваре с кружком штабных офицеров — адъютантом Калугиным, князем Гальциным и ротмистром Праскухиным, а вечером идёт с ротой в ложементы на передовые укрепления. В ту же ночь на ложементы обрушивается атака французов: гибнут Праскухин и подполковник Нефердов, десятки раненых свозят на переполненный перевязочный пункт. На следующий день на бульваре снова играет музыка и продолжаются прежние разговоры о славе и репутации, а между враждующими сторонами объявляют перемирие, во время которого русские и французские солдаты и офицеры собирают тела погибших и мирно переговариваются. Рассказ завершается авторским рассуждением о том, что ни один из героев не является ни злодеем, ни героем повествования, а его настоящий герой — правда. Оригинал без сокращений; слой подсказок к устаревшим словам добавим отдельно.
Уже шесть месяцев прошло с тех пор, как просвистало первое ядро с бастионов Севастополя и взрыло землю на работах неприятеля, и с тех пор тысячи бомб, ядер и пуль не переставали летать с бастионов, в траншей и с траншей на бастионы и ангел смерти не переставал парить над ними.
Тысячи людских самолюбий успели оскорбиться, тысячи успели удовлетвориться, надуться, тысячи — успокоиться в объятиях смерти. Сколько звездочек надето, сколько снято, сколько Анн, Владимиров, сколько розовых гробов и полотняных покровов! А все те же звуки раздаются с бастионов, все так же — с невольным трепетом и суеверным страхом — смотрят в ясный вечер французы из своего лагеря на желтоватую изрытую землю бастионов Севастополя, на чёрные движущиеся по ним фигуры наших матросов и считают амбразуры, из которых сердито торчат чугунные пушки; все так же в трубу рассматривает с вышки телеграфа штурманский унтер-офицер пестрые фигуры французов, их батареи, палатки, колонны, движущиеся по Зеленой горе, и дымки, вспыхивающие в траншеях, и все с тем же жаром стремятся с различных сторон света разнородные толпы людей, с ещё более разнородными желаниями, к этому роковому месту.
А вопрос, не решенный дипломатами, ещё меньше решается порохом и кровью.
Мне часто приходила странная мысль: что, ежели бы одна воюющая сторона предложила другой — выслать из каждой армии по одному солдату? Желание могло бы показаться странным, но отчего не исполнить его? Потом выслать другого, с каждой стороны, потом 3-го, 4-го и т. д., до тех пор, пока осталось бы по одному солдату в каждой армии (предполагая, что армии равносильны и что количество было бы заменяемо качеством). И тогда, ежели уже действительно сложные политические вопросы между разумными представителями разумных созданий должны решаться дракой, пускай бы подрались эти два солдата — один бы осаждал город, другой бы защищал его.
Это рассуждение кажется только парадоксом, но оно верно. Действительно, какая бы была разница между одним русским, воюющим против одного представителя союзников, и между 80 тысячами воюющих против 80 тысяч? Отчего не 135 тысяч против 135 тысяч? Отчего не 20 тысяч против 20 тысяч? Отчего не 20 против 20-ти? Отчего не один против одного? Никак одно не логичнее другого. Последнее, напротив, гораздо логичнее, потому что человечнее. Одно из двух: или война есть сумасшествие, или ежели люди делают это сумасшествие, то они совсем не разумные создания, как у нас почему-то принято думать.
Первая глава закончилась, книга продолжается: впереди ещё 15 глав. Все главы открыты бесплатно и без входа в аккаунт.